A // graphomania - Проза // Просмотров: A

A

- Линка, да ты с ума сошла! У вас же разница пять лет! – Светка легла своей шикарной грудью на стол, тряхнула белокурыми волосами, как всегда делала это в напряженных ситуациях, и подвела итого моей пятиминутной сумбурной речи. - Ты сошла с ума!
Я уже пожалела, что не удержалась и все ей рассказала. Но держать это в себе было уже невозможно. Да и бокал «Балтики №7» сыграла, по-видимому, свою развязывающую язык роль. Светка, в конце концов, моя лучшая подруга. Она имеет право знать. И я заранее знала, на что иду, предвидела ее реакцию. Но все равно чувство оплеванности лучших чувств осталось.
- Ты знаешь, что бывает за совращение малолетних? – Света была в своем репертуаре.
- Не собираюсь я его совращать. Я еще пока в своем уме. Просто… влюбилась. Мне что, уже влюбиться нельзя?
- В своего ученика – нет, - отрезала лучшая подруга. – Он же тебя на пять лет младше.
- Не на пять, а всего на четыре.
- Всего на четыре, - Света затянулась сигаретой, - мелочь…
Я молчала. Да и что я могла сказать. Она абсолютно была права. И я это понимала… мозгами, а не сердцем. Сердце бешено билось в груди, которую спирало при одном воспоминании о нем, а мозги строго приказывали сердцу остановиться и одуматься. Молчание затягивалось. Я боролась со своими чувствами. Светка боролась с пивом и желанием выступить в роли умудренной опытом подруги. Она не выдержала первой.
- Он хоть симпатичный?
- Ах… Ты бы его видела… Высокий, смуглый, темные волосы, квадратики такие на груди… А глаза… я просто тону в его глазах… - Сердце снова бешено забилось, на лицо выползла предательская мечтательная улыбка.
- Квадратики-то ты когда успела заметить? – вскинула скептически брови Светка. - Послушай, я могу понять тебя, когда ты в четырнадцать лет сбежала из дома и, заявившись ко мне в пять часов утра, объявила, что автостопом собираешься ехать к бабке в деревню. Я могу понять то, что в пятнадцать лет ты в походе убежала в лес, обидевшись на то, что Вовка-рыжий назвал тебя колючей кошкой, а потом МЧС целые сутки прочесывал лес, в то время когда ты спокойно проводила время в ближайшей деревеньке и пила чай у бабуськи-одуванчика в гостях. Я даже могу понять то, что в шестнадцать ты в первый раз напилась и начала приставать к милицейскому патрулю на улице, а мне пришлось долго уговаривать их не забирать тебя в отделение и объяснять, что ты никакая не проститутка, а просто не рассчитала спиртного на первый раз. Все это и многое другое я могу понять. Ты была ребенком. Но сейчас! Сейчас тебе 21 год. Ты взрослый человек, вроде даже соображаешь немного. И вот так вот опрометчиво и бездумно влюбиться в своего ученика! Нет, я положительно не могу этого понять. - Света снова достала сигарету.
И вот тут я не выдержала.
- Да я же не знала, что он мой ученик, когда влюблялась в него. Узнала я это только на следующий день, когда было уже поздно, когда уже почти все случилось. – От нахлынувшей обиды я стукнула ладошкой по столу. Официант, наблюдавший из-за стойки за нами, двумя симпатичными молодыми девушками, все время, которое мы провели в баре, понял этот жест по-своему. И не успела я обернуться, как передо мной волшебным образом оказалась еще один бокал янтарно-желтого пива с белой шапкой пены и капельками воды на запотевшем стекле.
- Так, успокойся и расскажи еще раз все подробно со всеми нюансами, - Светка взяла свое пиво, сделала глоток, откинулась на спинку кресла и настроилась слушать долгий рассказ.
Я вздохнула. Подумала и, поняв, что терять мне особенно нечего, начала.
- Все началось в четверг. Помнишь, я тебе говорила, что мы с нашей группой собирались в диско-клуб отмечать начало практики? Мы собрались. И пошли. Собственно, собирались мы сначала у Мишки дома. Ну ты помнишь, такой высокий блондин...
- Помню, - Светка мечтательно закатила глаза вверх.
- Но дело не в этом. Дело в том, что праздновать мы начали уже там. Так что в клуб мы пришли веселые. Собственно, кое-кто до клуба и не дошел. Там все было как обычно. Куча народу, музыка, танцы, пара коктейлей. А потом... а потом я увидела его и все...
- Что все?
- Ну все, я попала в сети...
- Какие сети?
- Да фиг знает какие... Просто я стояла и как дура сквозь толпу смотрела на него...
- А он?
- Он тоже стоял и смотрел. Потом мы начали танцевать, я даже толком не помню, как это получилось... Просто в одно мгновение мы все еще стоим и смотрим друг на друга, а в следующее - я уже в его объятьях и мы кружимся по залу. Потом мы познакомились. Он сказал, что его зовут Иван и он учится. Я даже не стала уточнять, где, что было моей роковой ошибкой. Да я и подумать не могла, что он еще учится в школе. Ну не выглядит он на свои 17. Я заочно прировняла его к своему возрасту. Сама понимаешь, тогда мои мозги соображали плохо, мне не было дела ни до чего. Мне просто хотелось танцевать с ним, обнимать его, смеяться его шуткам. Я упала в омут его обаяния и даже не пыталась оттуда выбраться.
Я замолчала, придаваясь воспоминаниям. Светка молча курила и ждала продолжения, ей хватило ума не торопить меня в этот момент. И я продолжила.
- Потом было все по законам лучшего женского романа. Он проводил меня до дома, взял номер телефона, пообещал позвонить завтра, пригласил в кино на следующей неделе...
Я снова замолчала. Но тут уже Светка не выдержала.
- И все?
- Мы поцеловались.
- Моя бабушка всегда говорила, что нельзя целоваться с мальчиком на первом свидании, - снова прорезались интонации умудренной опытом женщины.
- Мы не могли оторваться друг от друга минут двадцать... Это так классно, стоять под звездным небом и целоваться... - Я вздохнула. Светка тоже, - Мы бы так и не оторвались друг от друга, если бы мне не позвонил пьяный Миша. Романтика была разрушена. И через десять минут я уже счастливая спала в своей кровати...
- ... и на твоих губа горел Ивана поцелуй... – Светка мечтательно закатила глаза.
- А теперь представь мой шок, когда на следующий день я зашла в свой класс знакомится с детьми... Я не заметила его сразу. Он, как заправский двоечник, сидел на последней парте и что-то старательно списывал, спрятавшись за спинами впередисидящих. Ему не было дела до новой практикантки. Не было дела до тех пор, пока он не поднял голову.... Слава Богу, что к тому моменту я уже успела сказать свою приветственную речь... Я не знаю, кто из нас был больше поражен, он или я...
- А остальные?
- Кто остальные?
- Ну ученики... учительница?
- Не знаю, по-моему ничего не заметили... Я больше ничего практически не сказала... Быстренько слиняла из класса. А потом два часа отсиживалась в учительской. Он ждал меня у крыльца, пытался звонить, а я просто выключила сотовый. Я даже домой не попала, потому что он еще меня и у дома ждал.
- Какой настойчивый... - уважительно заметила Светка.
- Ага. А я из-за его настойчивости вынуждена была ночевать у бабушки. Сегодня у них сняли уроки из-за какого-то медицинского осмотра. Так что я его больше не видела и не слышала. Телефон я так и не включала до сих пор. А мама сказала, что сегодня весь день мне названивает какой-то молодой человек. Я не знаю, откуда он узнал мой домашний телефон.
- Ну это просто. Он знает твой адрес, а дальше дело техники...
Я замолчала. Молчала и Света. Сигарета в ее тонкой руке тлела. Второй бокал пива заканчивалась. Снег на улице все так же продолжал уныло падать на серые в вечернем свете улицы. Бармен заинтересованно на нас погладывал, ожидая следующего заказа.
– Ну и что ты собираешься делать дальше?
- Не знаю… В любом случае, это же я влюбилась, а не он.
- Я бы не стала делать таких скоропалительных выводов... Судя по его поведению, он влюблен не меньше твоего...
- Ну… Я надеюсь, что это не так... Потому что если и он тоже, то мне придется уйти из школы.
Света вопросительно подняла брови. Ей явно было непонятно, что если со своими чувствами я смогу бороться, то с его – нет.

В понедельник на урок в его класс я шла как на пытку. Утром я час провозилась около зеркала. Все не могла выбрать, что же одеть. Сначала на мне оказалась обтягивающая юбка и полупрозрачная блузка. Потом, поняв, что в таком виде меня выгонит директор из школы как какую-нибудь десятиклассницу, я одела брюки и свитер. Нет, мама была права, когда, увидев впервые на мне эти брюки, сказала, что все парни микрорайона не смогут отвести взгляд от моей обтянутой попки. Брюки оказались закинутыми обратно в шкаф. Там же оказалось еще две юбки и три блузки. В конце концов, я остановилась на деловом костюме. Вид строгой учительницы меня удовлетворил. Оглядев себя в последний раз в зеркало, я с опозданием заметила, что зауженная юбка подчеркивает мои длинные ноги, а в неглубоком вырезе пиджака все-таки можно увидеть достаточно, чтобы даже не сильно буйная фантазия дорисовала все недостающие детали. Переодеваться во что-то еще уже не было времени. Посчитав, что очки в тонкой оправе добавят мне солидности, я схватила сумку и выскочила из дому.
В школу я залетела со звонком. Мой одиннадцатый класс топтался около двери. Я их услышала и увидела еще с другого конца коридора. И как бы сильно я себя не заставляла не искать его в толпе, глаза с упорством высматривали среди беснующихся детей «милый сердцу» силуэт. И не находили. На что в ответ сердце начинало биться как бешенное в груди. Я долго не могла попасть в дверь ключом. Пришлось доверить это ответственное дело не менее ответственному старосте класса. Как ни странно, но с первой же его попытки дверь поддалась.
Урок начался вполне банально, как я и планировала. Я даже успокоилась. Подумала, что это даже и хорошо, что Вани нет, потому что иначе я бы не смогла сказать и слова. Первые пятнадцать минут я постоянно поглядывала на дверь и ждала, когда же она откроется. Потом, когда я поняла, что уже в третий раз пытаюсь протереть абсолютно чистую доску, я заставила взять себя в руки и продолжить урок уже без стоящего перед глазами образа Вани.
На уроки он тогда так и не пришел. Я даже не успела задуматься о причине его отсутствия, потому что абсолютно неожиданно для нас, студентов-практикантов, в школу заявилась проверка в составе из нашего руководителя практики. Прочитав нам лекцию о том, что надо серьезно подходить к вопросу обучения детей, и строго посмотрев через свои очки в роговой оправе на мой вырез, от чего мне сразу захотелось закрыть грудь руками, она, гордо вскинув голову, как линкор лавируя между беснующимися детьми, удалилась.
Но не успели мы спокойно вздохнуть, как к нам в лаборантскую залетела секретарша школы. После грозного спокойствия нашей преподавательницы она производила впечатление маленькой юркой мышки. Пропищав что-то про документы о практике и наведя суету, секретарша исчезла так же быстро, как и появилась.
Дальше был обед, заполнение кучи бумажек у директора в кабинете, собрание у завуча, беганье по школе с тетрадями учеников и прочая ненужная суета.
Спокойно вздохнуть и наконец-то сесть я смогла только часа в четыре. И тут-то мысли, которые я старательно отгоняла все утро, вылезли на поверхность и заявили о себе. Я не знала, что думать и по здравому рассуждению решила не думать вообще, а заняться общественно-полезным делом, например, заполнить журнал.
Самовнушение оказалось действенным. Я долго вникала в тонкости заполнения государственного документа и с головой ушла в столь ответственное дело, что даже не заметила, как все мои коллеги-однокурсники слиняли. В реальность меня привело чье-то прикосновение. От неожиданности я аж вздрогнула. А когда я обернулась, мне пришлось вздрогнуть еще раз. Рядом со мной стояла и мило улыбалась… Светка.
- Ты дура, что ли? У меня чуть инфаркт не случился…
- Хватит работать, собирайся и пошли домой… - Светку не так то легко было сбить с толку… - И вообще, хоть бы привет сказала…
- Привет, мое солнце, - я бросилась ей на шею. – Я рада тебя видеть. Но как ты меня нашла…
- Ты слишком высокого о себе мнения, если думаешь, что это большая проблема найти тебя… Одевайся и пошли…
Я была рада, что Светка пришла. Иначе неизвестно, сколько еще бы я просидела в школе. Мы не торопясь прогуливались по улице. Светка что-то там щебетала про свои заботы, про то, что ее мама недавно вернулась из-за границы и привезла ей столько всяких шмоток, что он просто не знает, когда и куда все это носить. Заверив меня, что я могу свободно приходить и взять поносить все, что мне понравится, она перешла к очередному обсуждению мальчишек из ее группы и вздохам по нашему Мишке. Дальше было обсуждение последней серии «Секса в большом городе», новых духов от LANCOME и шоколадного торта, испеченного по случаю маминого приезда. Я шла, слушала, вставляла какие-то фразы, охала, кивала, поддакивала, качала головой и почти не удивлялась Светкиному поведению. Почти, потому что Светка постоянно поглядывала на часы. Я даже спросила ее об этом. Она просто отмахнулась, сказала, что у нее новые часы, что на самом деле было так, и она просто не может на них насмотреться. Такое объяснение меня удовлетворило, и я снова с головой ушла в спасительную Светкину болтовню. Про Ваню Света не спрашивала, а я сама не стремилась поднимать эту тему.
За всеми этими разговорами я даже не заметила, как мы подошли к моему двору.
И тут Света в очередной раз за этот день меня поразила. Как только мы поравнялись с моим подъездом, она резко прервала свои монолог о преимуществах ее нового шампуня от перхоти, чмокнула меня в щеку, и, что-то прокричав про очень сильную занятость, соскочила со ступенек и понеслась по тропинке прочь. Я осталась стоять абсолютно ошарашенная, не зная, что делать дальше, то ли обидеться на нее за такую бестактность, то ли рассмеяться очередной Светкиной причуде.
Решив все-таки посмеяться и списать все на вечные Светкины приколы, я развернулась и уткнулась носом во что-то темное и мягкое. От испуга подавшись назад, я не удержалась на ногах и со всего маху рухнула в сугроб. На глаза упала снежная пелена. Почему-то пришла в голову мысль, что, когда попадаешь под лавину, для начала надо определить свое местоположение в пространстве путем пускания слюны. Поразмышлять над тем, стоит ли мне это делать в данной ситуации, я не успела, потому была самым бесцеремонным образом выдернута из снега.
По всей видимости, за прошедший день у меня было достаточно переживаний, что я совсем не удивилась, увидев перед собой лицо Вани.
- Лина! – я даже не услышала это, а скорее почувствовала. И снова, стоя на улице мы целовались.
- Неужели я дождался тебя! Почему ты скрывалась от меня? Зачем? Я так долго тебя ждал! Постоянно звоню! А у тебя телефон выключен!
Он не продолжал крепко держать меня в объятьях и постоянно целовал. Куда попадет. В глаза, в губы, в нос. А я была счастлива от этого.
Но все имеет свой конец и пелена сладкого безумия спала с моих глаз.
Решив все-таки не устраивать никаких сцен, ни эротических, ни скандальных (а какой эта сцена будет, я тогда еще не решила), на глазах у любопытных соседей, я предложила Ване подняться ко мне.
Насколько благоразумным был этот поступок, я даже не стала думать, потому что понимала, что это бесполезно.
Мы молча поднялись до квартиры. Также молча разделись и прошли на кухню. Ваня молчал, понимая, что пока лучше ничего не говорить и не спускал с меня глаз, словно боялся, что я снова могу исчезнуть. Я же напротив что-то говорила про бардак, горячий чай, три раза спросила, сколько ложек сахара ему насыпать и не поднимала глаз.
В конце концов, чай был разлит по кружкам, пряники выложены в вазу и мы расселись по разные стороны стола. Более тягостного и долго чаепития у меня не было со времен моего раннего детства, когда к нам приходила папина тетя, в присутствии которой все начинали тихо говорить, ходить на цыпочках и держать осанку. Как и тогда, я пила чай, уставившись на дно чашки, не смея протянуть руку к пряникам, хотя кушать очень хотелось, и молчала.
Я понимала, что дальше тянуть нельзя. Но все не могла решить с чего начать. И вот когда я уже набрала воздух в грудь и открыла было рот, что бы сказать роковое «Понимаешь, Ваня…», он заговорил первый:
- Извини, что я сегодня не пришел на урок. У нас олимпиады начались. И так всю неделю будет. Я же собрался на физмат поступать. Мне нужна победа на олимпиаде. Наша математичка на меня возлагает надежды. Не пускает никуда, постоянно заставляет готовиться. Сегодня нам лекции читали. Подготавливают к олимпиаде. Так интересно было… Но вот только я все время думал о тебе. Я даже сбежал бы на уроки, но тока математичка села рядом со мной и никуда не отпускала. Прям как Цербер.
Все это он выпалил на одном дыхании и замолчал…
Я сидела и смотрела на него. Долго смотрела. Оказывается, я многого не заметила тогда, в первый раз. Родинка под левой бровью. Тонкий шрам на лбу, почти под самыми волосами. А глаза вовсе не серые, а синие-синие, это было хорошо заметно под ярким светом лампы. Морщинки-смешинки в уголках глаз. На носу легкая горбинка. И этим мелкие подробности дополняли тот цельный образ, который я помнила, делая его еще дороже и еще глубже впечатывая в душу…
Я все также молча встала, подошла к Ване, опустилась перед ним на пол, положила голову на его колени и прошептала:
- А я так сегодня ждала тебя…
апрель-ноябрь 2004 г.

indi.snc.ru

Сахалинский независимый форум

A

Последние публикации